Майкл Терпин – один из основателей BitAngels, первой в мире неформальной ассоциации инвесторов, вкладывающих ресурсы в криптовалютные стартапы. В этой статье Форбс он рассуждает об эффектах биткойн-регулирования.
Середина лета – пора любви, гроз и молний… а также правительственной активности в сфере криптовалютного регулирования. В прошлом июле, когда стоимость биткойна колебалась в районе 70$, регуляторы штата Калифорния привлекли к ответу представителей Bitcoin Foundation, некоммерческой организации, миссия которой – следить за обновлением протокола и продвигать в массы идею о значении Биткойна. От них потребовали предоставить доказательства того, что Биткойну не требуется лицензия для осуществления денежных операций.
Эти прения все прошлое лето держали стоимость биткойна под прессом, пока про них постепенно не забыли в связи с тем, что штат Калифорния так и не удосужился откликнуться на четко выверенный и сформулированный ответ Bitcoin Foundation.
Этим летом стоимость биткойна тоже падала (хотя и удерживается сейчас в районе $500, что все же является приростом стоимости, в сравнении с курсом биткойна летом прошлого года), но на этот раз показать характер решил штат Нью-Йорк, в котором недавно были опубликованы весьма пространные (избыточные, как полагают некоторые) нормативные требования, обязательные для исполнения на территории штата, при покупке или продаже биткойнов (или при участии жителя штата, в качестве одной из сторон сделки).
Реакция биткойн-сообщества не заставила себя долго ждать, хоть и не была однозначной: большие игроки вроде братьев Уинклвосс и Барри Силберта откликнулись позитивно и повсюду заявляли, что такие перемены – хорошее начало, в то время как реакцией рядовых пользователей были страх, гнев, где-то даже паника. Я предвидел этот момент уже некоторое время назад, но теперь он, кажется, настал: Великий Раскол Биткойна. Уже и ранее, по свидетельствам некоторых авторов, на поле Биткойна готова была разгореться гражданская война между изначальными сторонниками: либертарианцами, криптоанархистами и разработчиками Биткойна – с одной стороны, и прочими пользователями, особенно инвесторами и капиталистами, которые впрыгнули в общую лодку в последние полтора года с наличными в кармане и настоятельным требованием простоты, гибкости и регулируемости системы – с другой. Теперь же, когда Нью-Йорк примет новые нормативные требования в отношении Биткойна, которые сейчас проходят 45-дневную стадию доработки, штат может стать для антисистемных биткойнеров запретной территорией.
Я называю этот момент Великим Расколом, а не гражданской войной, потому что стороны не столько воюют друг с другом, сколько вооружаются различным инструментарием для борьбы с общими врагами: старинными стражами системы – центральными банками и правительственными титанами, которые крепко держатся за устаревшие убеждения.
Новые сторонники порядка (простоты ради, давайте назовем их «миротворцы»), как однажды хорошо сформулировал Родни Кинг, просто пытаются выяснить, почему бы нам всем не жить дружно. Они выступают в Конгрессе, зарабатывают миллионы долларов на крупных венчурных инвестициях (и надеются выйти на простор фондовых бирж), нанимают лоббистов и идут на компромиссы, что означает нечто следующее: «конечно, мы будем выполнять нормативы правительства, но тогда дайте нам такие же права, как у банков, и мы тоже сможем создавать саморегулируемые ассоциации, проводить IPO в системе NASDAQ, создавать рабочие места, и все будут счастливы».
По другую сторону расщелины находятся те, кто своими руками и головами создавал Биткойн, его изначальные идеологически мотивированные сторонники. Они чувствуют, что прекрасно справлялись и без указаний правительства в течение первых 4-х лет существования криптовалюты. За это время многие из них успели должным образом оценить одно из величайших изобретений человечества за историю его существования, доступное каждому, у кого есть выход в интернет. Поэтому они самозабвенно сражаются против нормативных предписаний и всем напоминают времена, когда интернет только появился, и считалось, что «цензура в интернете – это тупое орудие разрушения, от которого всегда можно увильнуть». Назовем их “анархистами” (многие из них и, правда, с гордостью носят значки криптоанархии и верят, что это более совершенная форма общественного устройства.
Эту метафору раскола на самом деле можно воспринимать и буквально, потому что 28 ноября 2012 года доходы от майнинга уменьшились вдвое, проведя условную черту между теми пользователями, которые когда-то получили по низкой цене половину всех монет – 10 миллионов (их стоимость тогда в основном не превышала доллара, а часто была гораздо ниже) и всеми остальными. Наверное, эту дату можно назвать границей, отделяющей биткойнеров первой волны от второй.
Конечно же, не все старожилы протестуют против правового наступления регуляторов и не все из них в регулировании полагаются лишь на криптографию и математику. Например, обе крупнейшие биткойн-процессинговые компании, CoinBase (основана в июне 2012) и BitPay (в мае 2011), твердо стоят на стороне регулирования, сотрудничают с крупными венчурными фондами, и озабочены лишь повышением инвестиционной привлекательности и ростом доходов. А вот, например, Blockchain.info – это компания из другого лагеря. Имея самый развитый бренд в биткойн-мире, а также весьма солидные активы, она вообще против любых пересечений со “старым миром финансов”, а все транзакции производит исключительно в биткойнах. Как любит упоминать руководитель компании Ник Кейси, у Blockchain.info даже нет банковского счета.
Стороны достигли согласия в некоторых вопросах: например, в том, что биткойн – единственная в своем роде попытка прорваться в иное финансовое измерение, в том, что значение этого изобретения столь же велико, как и значение интернета, телефона и автомобиля: каждый человек имеет право создавать и владеть цифровыми активами и валютой (невзирая на непрекращающиеся споры о конфиденциальности финансовой информации). Они также сходятся в том, что инновации – это ключевой фактор роста для процветающей экономики, а такие технологии, как блокчейн и электронные валюты, обладают потенциалом для генерации более, чем триллиона долларов в грядущую пару десятилетий (как это уже было ранее с интернетом и персональными компьютерами).
Обе стороны активно пользуются 45 дневным периодом доработки предложений о “Битлицензиях”: раздавая комментарии или заявляя о своем несогласии и протесте. Вскоре после появления новости о предстоящем лицензировании Биткойна я выступал на Северо-американской Биткойн-конференции. На конференции были мощно представлены регулирующие структуры. И это неудивительно – Биткойн сейчас в центре их внимания. О введении новых требований в Нью-Йорке было объявлено менее чем за 48 часов до открытия конференции. А в январе этого года, был арестован один из первых биткойнеров, соучредитель Bitcoin Foundation Чарли Шэм, который был снят прямо с самолета, на котором он летел на биткойн-конференцию в Майами. Три дня спустя я выступал на Coin Congress в Сан-Франциско, был председателем секции на Bitcoin 2.0 и выступал с докладом в секции под управлением автора-футуриста Джорджа Гилдера, которая была посвящена особенностям восприятия Биткойна обществом. Тема принятия новых регулятивно-правовых норм обсуждалась на каждом из этих событий и была лейтмотивом всех дискуссий, притом, мнения варьировались от предложения проверить документ на соответствие конституции до высказываний в духе одного из первых биткойнеров Брюса Фентона, яростно заверявшего, что правительство нужно просто игнорировать.
В целом, могу сказать, что из-за новых правовых норм, принятых в Нью-Йорке, вопрос о будущем биткойна сейчас стоит довольно остро, поскольку, если эти предписания будут реализованы в полном объеме, они пошатнут саму основу биткойна и затронут каждого, чей бизнес связан с Нью-Йорком или его жителями, так как в документе присутствуют такие положения как обязательное хранение данных в течение 10 лет и запрет на хранение любой прибыли в биткойнах, распространяющийся на все формы бизнеса, что само по себе противоречит конституции, учитывая то, что биткойн – легальный инструмент, а следовательно, им можно владеть. В целом, документ накладывает такие требования к биткойн-бизнесу в Нью-Йорке, что даже многие сторонники регулирования, например, основатели компании Circle, заявили, что они не будут добиваться соответствия данным требованиям, а просто блокируют жителей Нью-Йорка от использования своих сервисов, превратив штат в криптовалютную пустыню.
Во время встречи на Coin Congress я говорил о двух аспектах происходящего раскола, которые не часто упоминаются:
(1) существует фундаментальная разница между биткойном-валютой и биткойном-блокченойм (который разветвился на множество альтернативных блокчейнов, почти не используемых в качестве денег, но реализующих более расширенный спектр функций: умные контракты, эскроу-сервис и т.д.), поэтому правовые нормы должны учитывать это различие, а следовательно, к биткойнам, которые обращаются как деньги, должны быть применимы нормы, применимые к другим валютам и услугам, а биткойн-надстройки, возможно, не требуют регулирования вовсе.
(2) Первобытный косматый интернет начала 90-х имел мало сходства с современными «надстройками», находящимися под управлением больших корпораций, которые большинство пользователей используют вместо глобальной сети (вы что, и вправду пользуетесь интернетом, а не Google, Facebook, Amazon и Netflix, которые создают иллюзию пользования сетью?). Уже сейчас можно наблюдать, как подобные «надстройки» крупных корпораций занимают свои ниши между пользователями и исконным блокчейном. BitPay и GoCoin конвертируют биткойны в доллары в сфере продаж; CoinBase и Expresscoin позволяют американцам покупать биткойны без необходимости открывать счет, Blockchain.info и Mycelium позволяют пользователям хранить биткойны и самостоятельно осуществлять транзакции с помощью облачных кошельков.
Кому больше всех выгоден Великий раскол Биткойна? Несомненно, внешним (по отношению к Биткойну) силам. Для биткойнеров разных убеждений этот раскол лишь распыляет силы. Сохранить расщелину столь узкой, насколько возможно – задача каждого, кто руководствуется интересами сети; оба пути развития Биткойна, конформистский и нонконформистский, по-прежнему представляются осуществимыми. К тому же, в условиях жесткого регулирования, инновации, которые изменят Биткойн, произойдут где-то в других странах (уже сейчас складывается ситуация, когда основные финансовые центры биткойн-торговли находятся в самых неожиданных местах – например, в Болгарии или Словении – родине крупнейшей биткойн-биржи BitStamp).
Подобные меры уже принимали ранее по отношению к интернету и СМИ (когда-то главный прокурор штата Нью-Йорк хотел взять под жесткий контроль MySpace, чтобы, как обычно, “защитить деток”). Золотое правило истории гласит, что признание широких масс способно побороть любой запрет, поскольку, рано или поздно, становится очевидно, что абсолютное большинство не станет преднамеренно нарушать ограничения, если они справедливы и разумны.
Майкл Терпин, соучредитель BitAngels, крупнейшей в мире неформальной ассоциации для инвесторов, вкладывающих средства в криптовалютные стартапы, директор электронного пиар-агентства Transform (ранее Terpin Communications. Терпин также является основателем Marketwire (изначально, Internet Wire),одного из крупнейших и наиболее технически-оснащенных информагентств мира.
Источник: Forbes
