С точки зрения экономиста, существует много аргументов не в пользу Биткойна. Например, его начальное распределение чрезвычайно неравномерно, что может породить экономическое неравенство. Централизация майнинга тоже может рассматриваться как проблема. Наконец, существуют опасения касательно дефляционных рисков криптовалюты (если мы считаем, что к 2140 году наше коллективное представление об экономике и монетараной политике будет ровно таким же, как и сегодня).
Так что, когда я увидел, что Пол Кругман посвятил Биткойну свой очередной разгромный пасквиль, я был весьма удивлен не самим этим фактом, но слабости приведенных в статье аргументов. В то время, как существуют гораздо более спорные моменты в Биткойн-технологии, Пол Кругман предается схоластическим рассуждениям о терминологии.
В статье «Криптокон», Кругман пишет:
“Биткойн обычно подают под видом технического чуда, и действительно, он способен решить одну интересную компьютерную задачу, однако до сих пор неясно, обладает ли это решение какой-либо экономической ценностью?”
Вопросу «стоимости биткойна» Пол Кругман посвятил немало слов . В последней декабрьской статье «Биткойн — это зло», он пишет:
“Мне в прошлом часто приходилось сталкиваться, да и в настоящем тоже, с умными специалистами технических специальностей, вдохновленными идеей Биткойна. Но когда я прошу их объяснить мне, надежен ли Биткойн в качестве единицы накопления, они продолжают твердить о его блестящих качествах в роли средства обмена. Даже если бы я принял их аргументы (чего я делать вовсе не собираюсь), это не ответ на мой вопрос».
Это довольно распространенный аргумент среди противников Биткойна. Какое-то время назад я уже писал о том, почему ученые-экономисты стараются избегать обсуждения этого вопроса. Идея той статьи пришла ко мне после письма, адресованного мною одному пожилому профессору, с просьбой высказать свое мнение о биткойне.
«Мне совсем не интересно обсуждать биткойн, после того, как его курс окончательно обрушился,» — ответили мне. «О нем нечего сказать, кроме того, что это ненадежное средство накопления.”
В недавней статье в Motley Fool, эта тема опять педалируется:
“Учитывая экстремальную волатильность курса Биткойна, свойственную ему на протяжении всей истории существования этой валюты, он не сулит пользователям ни малейшей стабильности, не предоставляет никакого интереса в качестве средства накопления, а это ключевая характеристика для всех обращающихся в мире валют.»
Конечно, волатильность биткойна действительно очень заметна. Приобретение биткойнов недаром часто сравнивают с поездкой на американских горках – достаточно посмотреть на график его курса.
Однако, валюта может являться хорошим средством накопления, не сохраняя при этом фиксированную стоимость постоянно. Это означает, лишь означает, что на длительном временном отрезке она сохраняет свою покупательную способность лучше, чем альтернативы.
Указывая на волатильность курса, эксперты вроде Кругмана отвлекают внимание от реальных преимуществ Биткойна, как средства накопления. Несмотря на драматические колебания стоимости, на самом деле, в долгосрочном плане биткойны прекрасно сохраняли, или даже скорее преумножали, свою покупательную способность.
На самом деле, Биткойн уже являлся отличным средством накопления, еще до того, как за него стало возможно что-то купить. В октябре 2009, за семь месяцев до того, как свершилась первая покупка за биткойны, биткойны уже покупались и продавались за доллары, и курс биткойна был следующим: 1 USD = 1 309 BTC. Начиная с того момента, биткойны были просто отличным средством накопления, на протяжении по крайней мере пяти лет.
Кругман и другие экономисты могут сколько им будет угодно рассуждать о том, что биткойн не обладает никакой ценностью, но вопрос о том, что является деньгами, определяют не они, а социум. Если общество применяет что-либо (в рыночных отношениях) в качестве меры обмена и средства накопления, значит, это и есть деньги. Рынок определил, что «решение компьютерной задачи», которым является протокол Биткойна, вкупе со структурной целостностью системы, обладают рыночной стоимостью — еще в 2009 году.
Если вам кажется, что мои определения слишком нечеткие, я приведу вам слова самого Кругмана, сказанные в 2010 по поводу растущего рынка электронных валют, где он прямым текстом говорит о том, что в современном мире понятие денег весьма «расплывчато»:
В том, что касается Биткойна, ему следует прислушаться к собственным советам:
“…люди, которые слишком много размышляют о значении денег, — в особенности, пытаясь определить истинный, единственно верный источник их стоимости, как правило, скатываются к тому, что начинают верить, будто все экономические процессы зависят от этого источника, хотя, на самом деле, это ни на что не влияет.»
Биткойн (и его функционирование в качестве средства накопления) никуда не исчезает, каким бы ни был его курс — $10, $100 или $1000. Вместо борьбы с ветряными мельницами, Кругману пора бы уже просто признать этот факт и сосредоточиться на том, как именно эта новая технология повлияет на его область экспертизы. Или же, если он полагает для себя этот путь невозможным, по крайней мере, пусть прекратит заниматься пустословием и выдвинет более веский аргумент.
Источник: Cointelegraph
Автор: Кенни Спотс
